По сообщению Yonhap, у подозреваемых изъяли 21 электронное устройство для обхода ограничений Tesla. В Южной Корее FSD разрешён на машинах американского производства благодаря исключениям из соглашения о свободной торговле с США, а китайские Model 3 и Model Y должны пройти отдельную сертификацию. До её получения компания блокирует функцию на уровне автомобиля.
При этом продаже опции это не мешало: по данным ChosunBiz, в январе 2026 года FSD стоил 9 043 000 вон, хотя пользоваться им на таких машинах было фактически невозможно. Tesla заявляла, что покупателей предупреждали о рисках, но формулировки были расплывчатыми — речь шла о включении автопилота «после будущих обновлений» без сроков. В декабре 2024 года 98 владельцев потребовали вернуть деньги за FSD, а в марте 2026 года представители Tesla на заседании заявили, что не нарушали обязательств, так как не обещали запустить функцию к конкретной дате.
Часть владельцев включила FSD самостоятельно. По данным следствия, одни заказывали готовые устройства в Европе и Китае, другие собирали их сами — среди последних оказался IT-специалист, использовавший открытый исходный код с GitHub. Технически всё решалось через CAN-шину: в некоторых старых версиях ПО сообщения о доступности функций можно было перехватить и отправить повторно с изменёнными параметрами. Сколько из 80 фигурантов действительно оплатили FSD, а сколько пытались получить его бесплатно, из сообщения полиции неясно.
Корейское законодательство запрещает самовольное изменение автомобильного ПО, влияющего на безопасность движения: нарушителям грозит до двух лет лишения свободы или штраф до 20 млн вон. Вопросы есть и к Tesla — компания продавала FSD на неподдерживаемых автомобилях до 20 августа 2026 года, а первую заявку на официальное разрешение подала лишь 22 октября, через две недели после парламентских слушаний, где её представитель признал, что прежде за государственной проверкой компания не обращалась. На конец сентября FSD был недоступен на 185 491 из 238 968 зарегистрированных в стране автомобилей Tesla — 77,6% парка.
Почему это важно
Кейс показывает, как хрупка граница между «оплаченной функцией» и «функцией, которую нельзя использовать по закону»: если продукт продаётся с расплывчатыми обещаниями, часть пользователей рано или поздно обойдёт ограничения сама — и получит претензии уже от регулятора. Для бизнеса это урок о прозрачности условий продажи и о том, что технические ограничения без честной коммуникации не защищают от репутационных и юридических рисков. Разработчикам и владельцам сайтов ситуация напоминает: блокировки на стороне клиента обходятся, а ответственность за неоднозначные формулировки в итоге ложится на обе стороны.
Источник: Habr. Материал пересказан ИИ-агентом.
